Лисий хвост, или По наглой рыжей моське - Страница 149


К оглавлению

149

– Ух, – отозвался Кай. – Ловко ты его. Никак не могу привыкнуть, что кто-то из смертных так с нами может.

Рейвар посмотрел на этого недоучку тяжелым взглядом. Хотя даже среди вампиров о способности высших перехватывать энергетические потоки божеств знают только избранные. Но в его роду мало того что культивировались вампирские корни, так еще и информация собиралась по крохам и тщательно хранилась в головах наследников. И посланник, так же как и молодое божество, ну никак не мог ожидать такой прыти от того, в чьих жилах максимум одна треть крови высших.

– Кто тебя послал? – буквально прошипел Кай, глядя на посланца. Эти отбросы магии всегда с удовольствием брались за исполнение воли божеств, взамен получая толику манны.

– Догадайся сам, мальчишка. – Голос у эфира сиплый и слабый, но ядовитый.

– Ятек, – плюнул блондин. Его уже заметно трясло от гнева. – Как ты, червяк, посмел вмешаться?

– Она была не из нашего мира. Есть закон. Закон надо выполнять.

– А ты всегда рад подстроить мне гадость. Отпусти его, Рейвар. Он сделал свое дело. Разберусь с этой гадиной позже.

– Ты уже никто, Дракон, – хихикнул посланник и, едва полукровка разжал руки, превратился в бабочку.

– Это мы посмотрим!

Через какое-то время блондин сел рядом с Рейваром на ступени. Удивительно, но в данный момент полукровке совсем не хотелось придушить дурного бога, допустившего, чтобы его старые недруги испортили только начавшее налаживаться будущее. Ему сейчас вообще было как-то… все равно. Хотя мысли казались на редкость четкими и острыми.

Рейваринесиан Илисса рэ’Адхиль вообще предпочитал беречь себя от излишне ярких эмоций. Хотя бы внешне. Но за последнее время привычное состояние оказалось полностью разбито, рассыпано осколками, об которые и он сам, и окружающие уже не раз поранились. И винить в этом одну лишь хвису несправедливо. Встреться они в других обстоятельствах, еще до появления в его жизни сына, все было бы по-другому, привычно горько, и если бы он почувствовал через какое-то время тоску по странной хвостатой женщине, не признался бы в этом даже себе. А Нейллин заставил его сердце биться, ценить любовь и семью. Которой у него никогда не было. Так или иначе эти двое сильно постарались.

Но теперь, кажется, всё. Износившееся за это время сердце успокоило свой ритм, кровь в жилах начала остывать, а чувства умерли. Осталось только желание во всем разобраться.

– Что произошло? Где Лиса? – Даянира не осмелилась подходить близко. И правильно сделала. Все же на редкость умная женщина.

Лет через десять хвостатая могла стать такой же. Даже куда более проницательной и заботливой. Если бы он смог защитить ее от всего на свете, позволить окончательно повзрослеть в тепле и уюте, дать ей определенную свободу, между тем контролируя каждый шаг, научить понимать и принимать многие вещи. Если бы… Если бы…

– Посланник выполнил божественный закон – вернул ее домой, сдернув мой полог. Выслужился. – Казалось, еще немного – и Кай действительно расплачется как девчонка. Хотя его можно понять. Все планы снежного божества рассыпались по мановению крыла эфирной бабочки. – И я даже не знаю, получилось у меня скорректировать ее время или столько сил впустую ушло.

Рейвар повернулся лицом к нему:

– А могло получиться? То есть она может быть жива?

– Я не знаю. Есть вероятность. Но у меня нет сил не то что вернуть ее, но даже проверить. Ой!

– И что тебе надо, чтобы эти силы найти? – сжал Рейвар его воротник.

– Много бубнов, – приподняло бровь еще не нареченное божество. – И немного веры.

Эпилог

Все, что ни делается, все к лучшему.

Народная мудрость

Тепло.

Тепло – это первое, что я почувствовала. Так ярко и восхитительно, словно секунду назад меня выдернули из ледяной воды. И вот теперь это ласковое, щедрое тепло, совсем ненавязчивое и в то же время такое нужное и желанное. Потом был свет. Много света. И не только привычно желтый, а таких немыслимых цветов, каких и в природе-то не увидишь. Еще были пылинки, кружащиеся в этой феерии радуги и света. Они отбрасывали многочисленные тени, похожие на косые лучики, и это наполняло пространство особым смыслом, дополняя, а не убивая. И это не стояло на месте, свет, пылинки и тени постоянно двигались, создавая волшебный калейдоскоп, от которого не то что взгляд отрывать не хотелось – даже моргнуть было страшно, чтобы не пропустить хоть мгновение нового сочетания.

Как же красиво! И вечно…

Но неведомый ветер подхватил меня из этого хоровода и утянул за границы света и теней. Какое-то время я сопротивлялась, а потом, оглушенная новым пониманием, просто завороженно смотрела на облако сияющих разными цветами пылинок. Сколько же их тут? Светящихся и отбрасывающих тени? Какой музыке они подчиняются, выводя свой танец? И… какого цвета была я? Такая же маленькая пылинка…

«Время твоей вечности еще не пришло».

Я повернулась на голос. Передо мной не пылинка, а большая сияющая лампочка или даже звезда. Такое нежное солнышко, по форме напоминающее птицу. Словно в давно знакомой детской забаве я попыталась разгадать очертания крыльев, хвоста и маленького клювика. Вот интересно – вроде и одна маленькая звезда, и большая сияющая птица, каждое перышко которой очень отчетливо видно.

«Ты всегда была любопытной, – усмехается птица, ласково касаясь меня крылом. – Я рада, что мой сын выбрал тебя. Он уже взрослый и не слушает моих советов и речей. Значит, пришло время отпустить его и дать самому научиться всему».

149